г. Москва, Ленинский проспект, 47
Телефон: +7 499 137-29-44
Факс: +7 499 135-53-28
10 декабря 2015 г.

От академического колледжа к академическому университету

От академического колледжа к академическому университету
Отечественное образование и всю его систему в последние годы принято ругать. Часто и по делу. Чего стоит то же снижение в 2014 году минимального балла ЕГЭ по математике до совершенно постыдных 20 баллов! А как оценить прогресс к 2016 году, в котором балл собираются поднять до не более «почётных» 27?

Про русский язык и говорить многие не хотят, видя выход только в новой реформе, которая легализовала бы «грамотность» миллионов путающих «-тся» и «-ться», пишущих «не-» слитно с глаголом, употребляющих вводное слово «вообщем» и так далее…

Однако в последнее время всё чаще стали мелькать свидетельства, что не так всё и плохо в этой области. Не то чтобы реформы, наконец, принесли ей процветание — если не считать, конечно, подъём балла по математике с «единицы», в пересчёте на советскую систему, до 1,35. Но зато параллельно в отрасли укрепляются — или зеленею засохшие было — системы обучения, нацеленные ни более не менее как на массированную подготовку новых боевитых кадров для российской науки. На эту мысль навёл, в частности, только что отмеченный юбилей Высшего химического колледжа (ВХК) РАН, который уже 25 лет работает в лоне Российского химико-технологического университета имени Менделеева.

Программа устранения разрыва
Что он собою представляет? Это первое высшее учебное заведение РАН, образованное с целью подготовки химиков-исследователей для работы в ведущих академических научных центрах. Основное отличие от других, если можно так выразиться, классических образовательных вузов руководители колледжа видит в том, что в нём осуществлена «максимально возможная интеграция с академической наукой и ранняя научная специализация студентов». Иными словами, здесь учебная программа имеет целью устранение разрыва между высшим образованием и практикой современных научных исследований. Обязательной частью учебного плана здесь с самого старта обучения является научная работа студентов. Причём идёт она непосредственно в академических институтах РАН — в Институте органической химии, Институте общей и неорганической химии и в Институте элементоорганических соединений.

Соответственно, программы учебных курсов разработаны с учётом новейших научных достижений, а занятия проводят как учёные академических институтов, так и профессора ведущих химических вузов Москвы. Здесь преподают 4 действительных академика РАН и 4 члена-корреспондента, в научной подготовке студентов задействовано около200научных сотрудников из девяти академических институтов. При том, что студентов на всех пяти курсов — только 105 человек, конфигурация образования в колледже представляется весьма нетривиальной. Собственно, при длительности обучения в 5 лет, это заведение вполне закономерно считать вполне полноценным вузом. Академическим вузом.

«Это замечательное начинание и совершенно уникальное образовательное явление в нашей стране, в котором всё объединено — великолепная учебная программа и новые подходы к преподаванию химии, — описал нынешнее состояние химического колледжа РАН руководитель лаборатории химии гликоконъюгатов ИОХ РАН, член-корреспондент академии наук Николай Нифантьев. — Но главное, что всё это объединено научной практикой и возможностью вовлечь молодёжь в непосредственное проведение экспериментов в настоящей лаборатории».

Результаты впечатляют: каждый год премии и награды у школьников, у студентов, у молодых учёных. За 14 лет выпускники ВХК получили 12 золотых медалей с премиями РАН за лучшие научные работы.

Хорошо закрытое старое
И вот тут мы подходим, пожалуй, к главному. Ведь собственно в самой этой идее изначально ничего особо революционного не было. Первый подобный опыт был сделан ещё в 1963 году, когда академиком Михаилом Лаврентьевым в Новосибирском Академгородке была открыта первая в мире специализированная физико-математическая школа. В дальнейшем подобных специализированных школ, становящихся полноценной ступенью подготовки научных кадров для академических институтов, было создано немало. И перспективность их, полезность для общества и государства специалистами оценивалась весьма высоко.

Похожие учебные заведения создавались и в других областях знания, в том числе и в химии. Например, один из ведущих специалистов страны в химической физике, вице-президент РАН Сергей Алдошин рассказывал в интервью ТАСС: «Мы много стремились к интеграции школы и научных организаций, поэтому неслучайно у нас в Черноголовке были созданы, так называемые, классы МГУ — к нам приезжали университетские преподаватели читать курсы лекций». Более того, по его словам, дети могли прямо в школе сдавать предварительные вступительные экзамены, и многие выпускники 10-го класса уже весной знали, что они — студенты Московского университета.

Подход, конечно, несколько другой — упор делается всё же на основательную подготовку школьников именно к продуктивной учёбе в профильном вузе, в то время как в ВХК уже студентов втягивают в научную работу. Но, в общем, это явления смежные — и в колледж присматривают детей ещё на школьной скамье, и в МГУ тоже стремятся сближать учебный процесс с научным.

Но позднее, в ходе реформ, когда страна яростно рванулась в капитализм, именно в этом сегменте общественных интересов отчего-то возобладало неуёмное стремление к социализму — да нет, к коммунизму! Было как-то признано, что подобные специализированные школы нарушают… социальное равенство. После принятия закона о монетизации льгот, был изменён статус даже тех из них, за которыми стояли мощные вузы и академические институты. Такие школы, из которых ещё недавно 100 процентов ребят поступали в вузы — причём большею частью в «свои», становясь как бы на эскалатор дальнейшей научной карьеры, — эти школы передавались в муниципалитеты. Со всеми вытекающими.

«На сегодняшний день эта система, в силу разных причин, развалена, — констатировал академик Алдошин. — Была сломана замкнутая и непрерывная система образования „школа-вуз-аспирантура-институт“, которая на самом деле давала специалистов очень высокого уровня. В Черноголовке к этой системе еще можно было присоединить ещё и детский сад, куда ходили дети научных сотрудников. Закономерный результат — дети перестали в таком количестве поступать на физфак, химфак в МГУ, на Физтех, в медицинские вузы. Один год лидером по поступлениям в городе вообще стала Академия МВД».

Система самоспасения
Самоспасение общественного образования — и, следовательно, самого общества, — впрочем, надолго не задержалось. Институт специализированных школ стал возрождаться на частном уровне — в виде гимназий самого разнообразного профиля, вплоть до школ архитектурного развития. Вторым мощным сегментом стали школы при вузах — при МГТУ, МАИ, РУДН и так далее.

Ну, а третий путь нашли академические институты. Его воплощение стал ныне, в частности, Высший химический колледж РАН Российского химико-технологического университета имени Менделеева.

Он начался с… недовольства. Академия наук, тогда ещё СССР, будучи не удовлетворена уровнем подготовки выпускников химических вузов, в 1990 году решила сформировать собственную систему подготовки будущих химиков. Тогда были созданы не только Высший химический колледжпри РХТУ, но и Высший колледж наук о материалах (впоследствии преобразованный в факультет наук о материалах (ФНМ) МГУ, а также наладила реальную работу нескольких вузов по различным направлениям.

Это было закономерно: благодаря такому подходу академия дополняла базовые учебные планы сотрудничавших с нею вузов не только программными пожеланиями институтов, участвующих в подготовке студентов, но и обеспечивала их группы всем своим научным достоянием — материальными возможностями, инфраструктурой, библиотеками, помещениями. И прежде всего — преподавателями, у каждого из которых имело одно немаловажное достоинство: они все были практиками. Они были реальными исследователями, которые вовлекали учащихся в полноценную научную работу, делали их, по сути, младшими научными сотрудниками с самого начала учёбы.

В результате на протяжении всех непростых для отечественной науки 90-х и «нулевых» годов все ведущие академические институты по химии, по крайней мере, в Москве, пополнялись, в основном, выпускниками таких «учебных эскалаторов» РАН.

При этом важен ещё один социальный аспект в этом положении вещей — утечка мозгов. Точнее, снижение её объёмов. Как подсчитали в одной из своих статей академик Олег Нефёдов (соорганизатор и нынешний председатель Высшего химического колледжа) и доцент МГУ Игорь Свитанько, у студента, начинающего научную работу на 3 — 4 курсах, «к защите диплома, а) не сформировались взаимоотношения внутри коллектива, нет свободы выбора темы, а дипломную работу он выполняет для руководителя-аспиранта, и б) нет существенного научного задела».А нет задела — нет и мотивации к продолжению работы в России. «Такие студенты к моменту защиты диплома наверняка разослали десяток резюме в западные университеты, — утверждают, исходя из практического опыта, учёные. — Даже если не вышло уехать сразу, все равно выпускник уже перестроил своё мироощущение на чемоданное».

Но если начать раньше, как это и делается в ВХК РАН, пишут авторы, то к поступлению в вуз учащийся уже имеет научные публикации, часто победы в конкурсе научных работ российского либо международного уровня. К 3-му курсу он уже имеет исследований на объём хорошего диплома, а к его защите у такого студента практически готовая диссертация. Результат: начало эффективной научной работы смещено на 19 — 20 летний возраст, пик научных результатов — 24 — 25 лет, и вопрос об отъездах из животрепещуще-сиюминутного смещается по времени как минимум до защиты кандидатской. А там уже — возраст, когда разум начинает задаваться вопросами, а нужно ли куда-то ехать, начинать с нуля, если в своей стране ты воспрошен и обласкан.

От «горизонтального университета» к академическому
«Непрерывность исследований — незыблемый принцип непрерывного фундаментального образования», — такую максиму в итоге формулируют учёные, стоящие у руля ВХК РАН. И предлагают выходить на следующий уровень — создавать генеральную систему, в которой Российская академия наук в лице своих институтов взаимодействовала бы с вузами и школами в схеме непрерывного образования — как химического (сами заинтересованы), так и прочего. Вплоть до курирования академическими учёными учебного процесса с 9 класса и до защиты кандидатской диссертации.

Более того, указывает член-корр. РАН Николай Нифантьев, подобная система образования — «горизонтальные университеты» — ныне стала распространяться по миру. «Смысл их заключается в том, что ряд вузов, формально разделённых между собой, формально образуют единую образовательную систему, в которой присутствуют разные дисциплины, — пояснил он. — В принципе, это абсолютно прогрессивная и очень перспективная система, потому что на этом пути будут реализованы все положительные моменты, которые даются объединением инструментов школы, высшего образования и академической науки».

Очень похоже, что в этом отношении у России есть все основания не отстать от мировой тенденции в высшем образовании. Про математиков и физиков уже говорилось, но вот и историки занялись тем же: например, Институт всеобщей истории РАН под руководством своего тогдашнего директора, а ныне научного руководителя академика Александра Чубарьянапринял на своей базе исторический факультет Государственного академического университета гуманитарных наук. К преподаванию в нём тоже привлекаются крупнейшие учёные, и студенты так же имеют возможность непосредственно участвовать во всех научных мероприятиях, что позволяет передавать молодёжи из первых рук навыки и традиции академической науки.

В целом сегодня уже и «физики», и «лирики», и химики, и историки, принадлежащие к академии наук, сходятся в одной логике: на основе учебных заведений, уже организованных с участием РАН, и тех, которые могут быть организованы, само собою напрашивается создание Академией наук своего университета. Который соединит в себе лучшие черты федерального исследовательского центра и федерального университета. Университета РАН.

Он не станет конкурентом имеющимся вузам. Те, разумеется продолжат готовить специалистов для всего народного хозяйства. И лучшие выпускники, конечно, всегда будут иметь возможности пойти в академическую науку. Но последняя получит возможность полагаться и на собственные способности готовить кадры строго для себя. Ставя талантливую и перспективную молодёжь со школьного возраста на «эскалатор», который будет поднимать таланты к перспективам высокого научного признания.


обозреватель ТАСС

 Центр политического анализа, 7 декабря 2015 г.

Конференции, проводимые институтом:

23-25 октября 2019 года

ВСЕРОССИЙСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «ХИМИЯ НИТРОСОЕДИНЕНИЙ И РОДСТВЕННЫХ АЗОТ-КИСЛОРОДНЫХ СИСТЕМ» (АКС-2019)

24 сентября 2019 года.

Школа молодых ученых «ГЛИКОНАУКИ И ГЛИКОТЕХНОЛОГИИ ДЛЯ МЕДИЦИНЫ»

15 - 20 сентября 2019 года

Международная конференция "Катализ и органический синтез" (ICCOS-2019)

19 - 21 июня 2019 года

Второй Российско-французский семинар по химии гипер- и гипокоординированных соединений и интермедиатов элементов 14-й группы Периодической системы

Все конференции »

Важные события:

Премия была учреждена Немецким химическим обществом в 1999-м году. Премия присуждается ежегодно молодому ученому преимущественно из европейских стран за достижения в области органической химии.
В нашей науке произошло, прямо скажем, беспрецедентное событие. Ведущий международный химический журнал European Journal of Organic Chemistry весь номер посвятил российскому Институту органической химии им. Зелинского РАН. Как удалось совершить такой прорыв? Об этом корреспондент "РГ" беседует с директором института, академиком Михаилом Егоровым и членом-корреспондентом РАН Николаем Нифантьевым, который был приглашенным редактором этого номера журнала.
Поздравляем сотрудника ИОХ РАН Валентина Ананикова с избранием членом Европейской академии наук (Academia Europaea) Европейская академия наук (Academia Europaea) была основана в 1988 году и объединяет около четырех тысяч признанных специалистов в области математики, медицины, естественных наук, а также гуманитарных наук, права, экономических, социальных и политических наук из большинства стран Европы. В её состав также входят европейские ученые, проживающие в других регионах мира. В настоящее время в составе академии семьдесят два Нобелевских лауреата, причем многие из них были избраны в академию до получения премии.
Этой осенью в Институте органической химии им. Н.Д.Зелинского (ИОХ) РАН прошла Международная конференция ChemTrends – 2018, посвященная современным тенденциям развития химии. На которой были подробно представлены результаты пятилетней работы исследователей ИОХ РАН по масштабной программе “Органические и гибридные молекулярные системы для критических технологий в интересах национальной безопасности и устойчивого развития”
Все события »